Язык — не продукт культуры, он продукт политики, ее инструмент как средство коммуникации. А унификация политических инструментов — прямой путь к миру. Языком, как знаковой системой описываются образы предметов, но только сам предмет, доступный ощущению, свой адекватный знак. А язык — это исключительно наше изобретение, конструкт. Тексты же ценны смыслами, а не случайной игрой знаков. Смыслы рождаются из узнавания предметов в образах и отношений между ними.

Язык не соизмерим с другими культурными феноменами, он средство обмена ими, а не то что обменивается. Именно поэтому он самая настоящая политика и первичен относительно иных ее инструментов обмена. Поэтому конструируя язык, мы конструируем новые отношения, перестриваем всю структуру взаимодействия с миром.

Но когда-нибудь, человечество научится обходиться и без языка, манипулируя предметами и их оценками напрямую. И это будет новая эра культуры — постцивилизация, обмен без экономической политики, суть которой, в распределении дефицитного ресурса. А передача знаний будет происходить посредством компьютерных моделей, которые существенно отличаются от языка своей знаковой структурой. Модели будут способны передавать адекватнее динамичные события, а не фрагменты состояний объектов с их статичными отношениями.